Белый медведь за решёткой: репортаж из колонии в ЯНАО, где дают второй шанс

Исправительная колония № 8 в Лабытнанги встречает не только строгими порядками, но и неожиданными открытиями. Фотокорреспондент ГТРК «Ямал» Екатерина Боровикова отправилась за колючую проволоку, чтобы увидеть, как работает система перевоспитания трудом и почему даже в условиях строгого режима осуждённые могут получить билет в новую жизнь.

На входе опознавательный знак и символ — белый медведь. За ним трёхуровневая система безопасности в виде решёток. Они ограждают вошедших на территорию посетителей и проверяющего. Это обязательная процедура для всех гостей и сотрудников колонии. Документы и заранее согласованную фототехнику изучают тщательно. Телефоны под запретом — сдаём в камеру хранения.

Встречает и сопровождает на всем пути сотрудник ФСИН. Он же проводит инструктаж и «на всякий случай» под роспись выдаёт всем женщинам нашей группы тревожные кнопки.

На мои заметно округлившиеся глаза милая сотрудница пресс-службы колонии отвечает: «Не бойся, сколько работаю, ни разу не пригодилась».

Верю и благодарю нашего сопровождающего, который ни на шаг не отходит от меня во время съемки. В моменте стало казаться, я не только получила личную охрану, но и соавтора проекта.

Первая точка — учебный класс. Сегодня здесь изучают монтаж труб.

Атрибутика обучения классическая: на доске тема, на столе тренировочные детали. Только решётка и форма учеников выдают место занятий.

Преподаватель лёгкой походкой маневрирует между парт, участливо подсказывает каждому. Решётка не ограничивает его в передвижениях.

В швейную мастерскую идём через длинную улицу. Здесь же столовая, клуб и различные цеха. По территории патрулирует охрана с собаками.

Машинки работают наперебой. Сегодня здесь тренируются делать строчки.

Уточняем, кто против съемки. Трое поднимают руки. Их можем снимать только со спины. В адрес одного из стеснительных наш сопровождающий (мой верный охранник) бросает: «Это жизнь твоя, чего ты стесняешься?».

Строчки на ткани появляются одна за другой.

Один из учеников делится: после освобождения планирует продолжить учиться швейному делу. В планах — своя мастерская.

Преподаватель хвалит своих подопечных: «Начали обучение неделю назад, старается каждый».

Швейный цех одним коридором соединяется с производством по выделке шкур. Осуждённые в белых халатах на мгновение застывают, провожая нашу съёмочную группу недоверчивыми взглядами.

Выходим на улицу и попадаем в столярную мастерскую.

По радио играет энергичная музыка — здесь это не запрещено. Уверенными, отточенными движениями осуждённый ловко орудует деревянными брусьями.

Близко лучше не подходить — опилки летят в разные стороны.

По соседству — участок сборки сувениров.

Эта работа более тонкая: искусно вырезают и расписывают нарды, фигурки животных — символов Севера.

Один из резчиков, сосредоточенно выводя контуры фигурки, вспоминает: азы ремесла освоил ещё в школе, где педагог заметил его способности и помог их развить.

Философски замечает: «Плохих учеников не бывает, бывают плохие учителя».

Деревянные мишки, овцебычки и прочие изделия местных мастеров отправятся на продажу.

В небольшом помещении расположился цех по перетяжке мебели.

Руками осуждённых старые предметы получают новую жизнь.

Смотрите также: Отсидеться не получится: как в харпской колонии перевоспитывают трудом

В коридоре уже «красуется» готовый белый диван — скоро он отправится в одно из социальных учреждений города.

Исправительная колония № 8 живёт по строгому распорядку, но даже здесь есть место творчеству. Для многих оно становится не просто способом занять время, а смыслом и возможностью.

Профессия, полученная за решёткой, действительно может стать билетом в новую жизнь. Главное — суметь правильно им распорядиться, когда наступит день освобождения.