Отсидеться не получится: как в харпской колонии перевоспитывают трудом
В третьей колонии Харпа осуждённые осваивают профессии и зарабатывают деньги — чтобы погасить долги и накопить к освобождению. О том, как труд помогает вернуться к нормальной жизни, — репортаж Евгения Головина.
Всё жужжит, гремит и крутится. Неказистая на вид древесина постепенно обретает форму. Стать почти произведением столярного ремесла природной материи помогают мастера со сроком, а многие и с трудовым стажем. В исправительной колонии №3 посёлка Харп начался рабочий день.
Предметы офисного интерьера конструирует Анатолий Галянт. Мебель дожидается заказчика. Мастеровитый северянин и на свободе работал в аналогичной отрасли. Обидно, что совершенствоваться в профессии пришлось уже «за высоким забором».
Один необдуманный шаг — и подающий надежды IT-специалист меняет уютный офис на тюремную камеру. Такой крутой поворот в жизни случился у Игоря Шарафутдинова. Раньше он писал код, теперь пишет лазерные картины на сувенирах и оживляет дерево рельефными узорами. На «прекрасное», пусть и созданное за колючкой, спрос тоже есть.
В соседнем цехе обрабатывают шкуры северного оленя — из них потом кроят нюки для чумов и для нужд региональной программы «Чумовой капитал». Только в прошлом году таких тундровых комплектов здесь собрали более 250-ти.
В другом корпусе развернулся автосервис, умелые руки заключённых возвращают к жизни автомобили частников и транспорт организаций. О собственных потребностях тоже не забывают — выращивают овощи и грибы для своей же кухни. За труд получают зарплату — не ниже «минималки», а она сейчас 27 тысяч с копейками.
Честно заработанные осуждённые могут тратить на продукты в тюремном магазине. Нередко деньгами помогают и родственникам на воле. Но прежде всего деньги идут на оплату судебных исков. А самое важное — люди, чьи судьбы однажды зашли в тупик, находят смысл существования, пусть даже за пределами обычной реальности.
){kind=link}