usd
66.25
eur
78.08
НЕФТЬ
79.22
+1.07%
Вести Ямал
22 мая 2018 |

Дмитрий Кобылкин дал большое интервью ТАСС

Дмитрий Кобылкин дал большое интервью ТАСС

Фото: ТАСС

Экс-губернатор Ямало-Ненецкого автономного округа, министр природных ресурсов и экологии РФ Дмитрий Кобылкин дал интервью ТАСС. Последнее в качестве Губерантора ЯНАО и первое в статусе министра.

Что заставило вас в 1993 году сменить теплый Геленджик и Черное море на Заполярье?

─ Заскучал там быстро, да и перспектив особых для себя в тех краях не видел. Не таким представлял будущее. Я ведь потомственный геофизик. Мама, отец, жена, сестра, дяди, тети ─ вся родня из этой профессии, и я выбрал ее совершенно осознанно. Но начало 90-х не самое хорошее время для старта карьеры. Геофизики (да и не только они) жили тогда очень бедно, за работу платили копейки. В Геленджике располагалась компания "Шельф", которая обслуживала зону, как ни странно, не Черного моря, а Каспийского. Мы добирались до Астрахани на автобусах, там пересаживались на корабли, уходили к южному побережью Казахстана. … Мы тогда занимались сейсморазведкой на плоскодонных судах, питались в основном тем, что самим удавалось поймать. Что выловили, то и съели.

─ Кем вы начинали работать на севере?

─ Геологом на буровой. Зарплата на Севере выше, чем на материке, частично мы брали продуктами. Выбор товаров в городе оставался скудным, а на буровую привозили дефицит. Вот мы и подкармливали родных по мере возможности.

─ А вы с какой позиции начинали?

─ Да какая позиция? Жена с высшим образованием и дипломом геофизика устроилась уборщицей, полы мыла в цеху, я помогал ребятам разбираться с энергетикой, занимался сваркой, печки выкладывал, ремонт в квартирах делал, мебель собирал, первые телевизоры Philips, которые только появились, налаживал... Словом, хватался за все, что приносило лишнюю копейку.

На буровой делал, что мастер говорил. В основном геологические работы.

─ Какие максимальные морозы хватанули?

─ Помню, однажды крепко придавило, столбик термометра замер на отметке –50. А мой друг-товарищ Олег Першин работал технологом на соседней буровой. Расстояние ─ больше километра. Вот и решил я вечерком, когда вахта закончилась, сходить в гости. Так сказать, прогуляться перед сном. Пошел через лес и, пожалуй, впервые с удивлением услышал, как от мороза трещат деревья. … Прошагал с полпути и понял, что стал замерзать по-настоящему. Но отступать и возвращаться я не привык….. Добрался до буровой, открываю дверь в вахтовку, а там мужики чай пьют со сгущенкой и на меня смотрят в изумлении: откуда ты взялся? Лицо окаменело от холода, рот не открыть. Не проронив ни слова, сразу отправился к печке, греться у буржуйки. … Чайку попили, посидели, посмеялись, … и я пошагал на свою буровую. А куда деваться? Геолог…

─ А что скажете тем, кто сейчас размышляет, ехать на север или нет? Какие аргументы приведете? Кроме длинного рубля, конечно.

─ Недавно встречался с участниками конкурса "Лидеры России" и вообще про деньги не говорил. Сказал, что Ямал ─ территория возможностей. Если есть желание работать и голова на плечах имеется, можно приехать сюда в статусе вынужденного переселенца и стать губернатором. Живой пример перед вами. Знаете, это убеждает лучше всяких слов.

Не допускаете, что такая система была раньше, а сейчас времена изменились?

─ Нет, везет тому, кто везет. Всегда! Взвалил на себя и потащил ─ здесь это уважают. И людей слова на Севере ценят. Если сказал (не имеет значения, кому именно ─ где-то наверху или, наоборот, внизу), сделай, а не можешь ─ не говори. В этом смысле тут без полутонов. Жестко и твердо, но если принципам следовать, все будет хорошо.

─ В свое время вас попрекали, что купили для авиакомпании "Ямал" не самый скромный Bombardier.

─ Не я его покупал… Если хотите, расскажу. Когда стал губернатором, наша авиакомпания находилась в тяжелом финансовом состоянии, несла большие убытки, речь шла о закрытии и банкротстве. Бизнес-джет Challenger 850 с мягким пассажирским салоном входил в уставной капитал, был на балансе. Остальной парк составляли отечественные суда: Як-40, Ту-154, Ан-24 и Ан-26. Теоретически мы могли продать Bombardier, но и вложенных денег не вернули бы, и ситуацию не спасли бы. Современная авионика на старые самолеты стоила дороже, чем сами машины. А реновация воздушного флота, замена на иностранные суда предполагала не только сохранение полуторатысячного коллектива, но и его переобучение. Мы решили уйти в лизинг, взять Airbus, Boeing, Bombardier CRJ-200. Цена перевооружения ─3 миллиарда рублей. На тот момент таких средств у нас не было, сумма выглядела неподъемной. Отыскали приемлемый вариант, раскидали кредит на три года и к 2012-му постепенно перешли на иностранные самолеты. Переучили персонал, взяли молодых ребят, ветеранов перевели в ремонтники. Так "Ямал" радикально обновился. А потом в Салехард прилетел Владимир Путин. Когда мы уже прощались, он повернул голову, увидел новые Airbus, Boeing… Тогда только-только пошли разговоры об отечественной разработке Sukhoi Superjet 100. Президент и спросил: "Сколько можете взять "Суперджетов"? Нужно нашу авиационную промышленность поддержать!" Я честно ответил: "Владимир Владимирович, не занимались этим вопросом, но готовы посчитать, проработать". Стали думать, искать выход, встретились с министром транспорта Максимом Соколовым, руководством нашей авиакомпании, гендиректором ГТЛК, Государственной транспортной лизинговой компании, и пришли к выводу: если зарегистрировать ГТЛК не в Москве, а в Салехарде, за счет налогов, затрат на круг можно снизить лизинговые платежи. Все поддержали, но сказали, что вариант возможен, если главный командир разрешит. Владимир Путин дал нам добро. Сейчас родина ГТЛК ─город Салехард. Мы получили неплохие налоги, взамен предоставили региональные льготы. В итоге взяли 25 Sukhoi Superjet, 15 уже в строю.

─ Но вы ведь не только воздушным флотом занимаетесь.

─ На самом деле глобальных проектов масса. Когда-то эти планы казались фантастикой, многие не верили, что реализуем их, а мы неплохо стартовали, что называется, закрепились на арктических рубежах. Скажем, задача по формированию Северного широтного хода с нашей стороны решена на 100%, теперь эстафетная палочка у РЖД. Там четко понимают: эта дорога важна не только для Ямала, а для всей страны, и она будет построена. Даже не сомневаюсь. Следующий этап Бованенково ─Сабетта, после которого Транссибирская магистраль сомкнется с Северным Ледовитым океаном. Как говорится, разогреем морской путь. Проект жизни! Считаю, здесь, на губернаторском месте, мне удалось кое-что сделать.

─​ В прессе вас называют человеком Геннадия Тимченко. Согласитесь или станете открещиваться?

─ Скажу как есть. Я знаю и очень уважаю Геннадия Николаевича, он истинный патриот России. Но знаю не его одного. С Сергеем Чемезовым мы тоже знакомы… С Игорем Сечиным, Алексеем Миллером, Леонидом Михельсоном, Александром Дюковым, Вагитом Алекперовым, Владимиром Богдановым… Могу еще и еще называть имена. Все, кого перечислил, — это высокопорядочные и профессиональные люди.

Да, я лично знаком со многими представителями крупного бизнеса, но когда речь шла о развитии территории, у меня не было ни своих, ни чужих, старался оставаться равноудаленным от всех групп. Возможно, и поэтому нам в делах сопутствовал успех.

И в столице ничего не изменится, буду руководствоваться теми же принципами.

─ Кого-то из подчиненных намереваетесь забирать с собой в Москву?

─ Не планировал пока. Вот удачу непременно прихвачу.

─ Разве Ямалу она больше не понадобится?

─ Всем хватит! Лишнего не возьму! А если говорить серьезно, в Салехарде остается профессиональная команда, которая сможет продолжить начатое.

 С работой ведомства, которым предстоит рулить, вы знакомы?

─Я ведь раньше работал в нефтегазовом бизнесе и сталкивался с Минприроды с конца 90-х годов. Был период, когда мы занимались транспортировкой нефти, в том числе экспортом в Германию. НДПИ ─ налог на добычу полезных ископаемых ─ тогда еще не ввели, и мы получали в министерстве разрешения на пользование недрами, открепления, подписывали маршрутные листы… Времена стояли тяжелые. Однажды видел, как в здании Минприроды распродавали часть коллекции минералов, лишь бы выручить хоть что-нибудь. Меня как геолога тогда это сильно резануло. Прозвучит парадоксально, но спустя долгие годы я вернулся к базовой специальности, к тому, чему меня в институте учили. В Минприроды лучше работать, имея профильное образование. Впрочем, не только в этом министерстве… Рассчитываю, удастся сделать так, чтобы федеральный центр больше внимания уделял северным территориям, занимающим почти треть страны. Буду без устали напоминать всем, что именно в Арктике, на российском Севере сосредоточено до четверти разведанных мировых запасов природных ископаемых. Этот ресурс должен не в земле лежать, а работать на нашу экономику.

─ Министр не может быть лоббистом одного региона.

─ И не будет. Знаете, когда в 2010 году я переезжал из Тарко-Сале в Салехард, чтобы принять руководство Ямало-Ненецким автономным округом, Юрий Неёлов, мой предшественник на этом посту, сказал важную фразу: "Главное, чтобы ты не стал губернатором Пуровского района". Я хорошо запомнил эти слова.

Конечно, никаких перекосов в работе не будет. Минприроды приходится решать разные задачи. С экологией немало проблем. Ими и займемся. Думаю, все у нас получится.

Подробное интервью читайте на ТАСС.

    выбор редакции
    вести ямал
    события недели
    вести арктики
    новости культуры
    первоисточник
    новости партнеров

    все новости

    лента новостей
    Наши проекты
    Раскадровка Игоря Корнелюка

    «Ямал. Неофициальная версия»

    Помня Игоря...

    Первоисточник 2.0

    Радио России. Ямал











    мы в социальных сетях

    Первая китайская международная ярмарка импортных товаров